Жоаозиньо: Я ушёл из дома в 6 лет

Прежде чем стать профессиональным футболистом, Жоаозиньо прошёл через многое. Один из лидеров нынешнего «Динамо» родился в бразильском городке Умбауба, население которого — 25 тысяч человек, что в десять раз меньше московского района Марьино. Жуан Натаилтон Рамос дос Сантос (именно так звучит настоящее имя бразильца) был 11-м ребёнком в семье и жил отдельно от родственников. Удивительно, что обо всём этом он раньше не рассказывал, хотя за восемь с половиной лет в России дал множество интервью.

— Вы второй год живёте в Москве. Появились любимые места?
— Мы с семьёй любим парки — «Зарядье» и Горького. Первый поменьше и открытый. В жару, конечно, лучше в парке Горького. Недавно ходили туда с другом играть в футволей. Это похоже на волейбол, но без использования рук.

— Где отдыхаете за пределами России?
— Недавно ездил в Барселону и Париж, но чаще всего летаем в Бразилию. Точнее, в мой родной город — Умбаубу. Место, которое я люблю, где я родился. Хожу на пляж с родными, забочусь о лошадях…

— Лошадях?
— Да, у меня три лошади. Иногда рано утром хожу с другом их тренировать. Это только в Бразилии. Здесь я никогда не ездил верхом. Пока живу в России, о лошадях заботятся друзья.

— Видимо, конину вы никогда не пробовали.
— Нет. Не ел и точно не буду.

«Просто так 1000 рублей никто не даст — нужно заработать»

— Отправляясь в Барселону или Париж, берёте бразильский или российский паспорт?
— Оба. Бразильский хорош тем, что не нужна шенгенская виза. Так что въезжаю по нему. По прилёту в Москву показываю в аэропорту бразильский паспорт. Пограничники обычно интересуются, чем я планирую заниматься в России. Тогда достаю второй паспорт. Сотрудники уже смотрят на меня иначе, улыбаются.

— Когда у вас появилась идея о получении паспорта РФ?
— В 2012—2013 годах. Я тогда выступал за «Краснодар». В клубе меня спросили, было бы мне интересно получить ещё одно гражданство. Так проще укладываться в лимит на легионеров в чемпионате России. Именно это стало основной причиной получения второго паспорта. Не сборная России, как многие писали.

— Через что прошли для получения двойного гражданства?
— Какая-то бюрократия всегда есть. Ездил почти каждый месяц [в миграционный центр]. Ждал у кабинетов, порой целый час. Моё присутствие было обязательно. Предоставлял вид на жительство, ставил подписи…

— У вас были экзамены?
— Да. Устный и письменный. Первое проще, конечно. Нас по одному вызывали к семи профессорам, которые с нами общались. Поговорили о футболе, семье и о том, что я планирую делать в России. А на письменном тесте в классе было 20-25 человек. Я привык писать на телефоне, а от руки — тяжело. Хотя были и вопросы с вариантами ответов «да»/«нет».

— Реально было списать?
— Можно, но я же не знал соседей. Без понятия, правильно они отвечали или нет.

— Выучить язык легче, когда с тобой девушка из России?
— Само собой, дома русская речь. Тем более что по-английски я практически не говорю. Знал болгарский, так как играл в Софии, но уже всё забыл.

— Как вы тогда общались с будущей женой?
— На русском. К тому моменту я уже начал многое понимать.

— А как познакомились?
— Сначала переписывались в Интернете, потом встретились вживую. Ходили в кино, рестораны…

— Вы чувствуете себя россиянином?
— Не на 100%, скорее, на 50%. Но я уже во многом мыслю как россиянин. Всё-таки восемь с половиной лет живу здесь.

— Чем отличается наше мышление?
— Скажу так: здесь народ больше бьётся за своё. Более целеустремлённый. Россия — страна, которая не зависит от других государств. Вот и люди здесь стараются быть независимыми ни от кого. Тут ничего не приходит в руки само по себе. Просто так 1000 рублей никто не даст — нужно заработать.

— В какой момент поняли, что в России так устроено?
— Спустя год жизни в Краснодаре. В Болгарии народ чем-то похож. Поначалу кажется, что люди закрытые из-за климата. Но это восприятие тех, кто пробыл в России неделю и уехал. Если дольше пожить, пообщаться с людьми, то народ раскрывается, зовёт в гости. Сначала нужно время на знакомство, а когда ты зарабатываешь доверие, то к тебе относятся соответствующе.

«Сейчас чувствую нехватку образования»

— Недавно вы ходили в обычную московскую школу №64. Как вы там оказались?
— Меня пригласили. И я с радостью согласился. Рассказывал ребятам про футбол. Объяснял, что даже при любви к спорту нельзя забывать об учёбе. Дети были довольны... Тем более, со мной был Алексей Смертин, когда-то игравший за «Челси».

— А какие уроки были у вас в школе?
— История, математика, география, португальский, английский… Я обычно ходил на три занятия, а с последних двух сбегал. Отучился в итоге лишь до 7-го класса... Никому не советую бросать школу. Сейчас чувствую нехватку образования. Если бы я получил травму, то не мог бы заработать на жизнь.

— Могли бы сравнить московскую и бразильскую школы?
— У нас тоже 11 классов, иногда 12, но подход другой. В России ты обязан ходить в школу — и все дети её заканчивают. В Бразилии, наверное, только 60% детей учатся. У кого-то просто нет денег, чтобы отправить ребёнка в школу. Иногда образование не очень хорошее. Не у всех есть возможность поехать в крупный город... А в криминал в основном попадают те, кто не ходил в школу (и, соответственно, не может работать).

— Вы были близки к опасному пути?
— Нет, потому что в 14 лет уехал из родного городка в Сан-Пауло, где занимался футболом, попал в команду «Португеза», а оттуда меня позвали в болгарский «Левски».

«Сейчас есть телевизор. Это раньше нечем было заниматься»

— Это правда, что у вас огромная семья?
— Да, 7 братьев и 3 сестры. Всего нас 11 человек — как раз футбольная команда. Я — самый младший.

— Для россиян такая огромная семья — невероятно. А для бразильцев?
— Нормальное дело. Я недавно потерял отца, поэтому последнее время общался с матерью. Говорили в том числе о братьях. Она шутила, что и мне нужно больше детей. Я ей отвечал: «Сейчас есть телевизор. Это раньше нечем было заниматься...» (смеётся).

— Как она успевала заботиться об 11 детях?
— Когда я родился, то старшим было уже по 10-11 лет, и они помогали маме. А с 6 лет я ушёл из дома и жил в другой семье.

— Почему?
— Нас было много, а они нам помогали. Почти всё время я проводил у них. Они давали мне одежду, кормили, оставляли на ночь. Оттуда я периодически ходил в школу, потом снова возвращался. 

— Как получилось, что вы росли именно в этой семье?
— Просто сдружились и до сих пор хорошо общаемся. Я их очень люблю. Они и сейчас живут в Умбаубе. Недавно я приезжал в Бразилию, они приходили в гости.

— Кто-то из ваших братьев и сестёр тоже жил в этой семье?
— Нет. Только я. Они ту семью плохо знают. С братьями и сестрами я тоже общаюсь, но не так близко. Всё-таки я рано ушёл в другой дом. Связь поддерживаем, но нет какого-то единства, какое иногда бывает между братьями.

«Почти все футболисты плакали. Я — в том числе»

— Этим летом у вас закончился контракт с «Динамо». Вы могли уехать в «Фенербахче»?
— Были предложения от двух турецких клубов, один из которых — «Фенербахче». Имелись варианты из чемпионатов Бразилии и ОАЭ. Но я полностью адаптировался к России. У меня отличные отношения со всеми в «Динамо». Плюс новый стадион. «ВТБ Арена» тоже была причиной, чтобы остаться в России.

— Можете сравнить атмосферу на стадионе в Химках и в Петровском Парке?
— «ВТБ Арена» больше и зрители находятся ближе к полю. Новый стадион намного красивее и удобнее, поэтому и приходит народ. Поддержка помогает. Но и критика нас подстёгивает.

— С кем вы сидите рядом в новой раздевалке?
— Справа от меня Каборе, слева — Кардозу. Периодически консультирую Мигела по телефону, помогаю ему в бытовых вопросах. Иногда ходим в ресторан, потому что оба живём рядом с базой «Динамо». В центр он не ездит, потому что ещё не скачал себе навигатор на телефон (смеётся).

БЛИЦ

— Кто ставит музыку в раздевалке «Динамо»?
— Гриша Морозов. У него и российская музыка, и иностранный хип-хоп.

— У кого самый сильный удар в «Динамо»?
— Паня [Панченко].

— Кто лучше всего одевается в «Динамо»?
— Самба Соу. Мне нравится его стиль. Ну и Паршивлюк.

— У кого в «Динамо» лучшее чувство юмора?
— Шунич. Он постоянно веселит народ. Со всеми прикалывается — и на тренировках, и в раздевалке. Иногда тренеры даже просят немного поубавить пыл, но при этом и сами могут посмеяться над его шуткой.

— У кого в «Динамо» лучший дриблинг?
— Мигел Кардозу и Липовой.

— Самая сильная речь в раздевалке, которую вы слышали?
— Вообще профессиональным футболистам не нужна дополнительная мотивация. Я и так зарабатываю деньги, занимаясь тем, что люблю. Хотя… была одна особенная речь тренера перед матчем. Почти все футболисты плакали. Я в том числе. В «Португезе» у одного из футболистов скончался ребенок. На собрании нам показали трогательное видео, оно нас действительно мотивировало.

— Как сыграли?
— Победили. То ли 2:0, то ли 3:0.

Источник: VTBRussia

Динамо-ТВ
Hotline
Яна Щепель
Интернет-магазин
  • ВТБ
  • Марафон
  • Chevrolet