Стадиону «Динамо» исполнилось 90 лет | Часть двенадцатая

Мы продолжаем серию репортажей о Центральном стадионе «Динамо», сыгравшим значимую роль в истории не только одноимённого клуба, но и всего отечественного футбола. Сегодня мы обратимся к воспоминаниям известного советского писателя Льва Кассиля.

О стадионе «Динамо» можно прочитать в мемуарах самых разных людей, и не обязательно причастных к спорту. Подчас, даже очень далёких от физкультуры и спорта. А бывает, что упоминание о стадионе промелькнёт в воспоминаниях и на совсем не футбольную тему.

Маяковский на «Динамо»


Заполнены все скамьи, все проходы на округлой крутизне трибун московского стадиона «Динамо». Вперемежку со взрослыми – ребята: школьники и малыши.

А на овальном зелёном поле в торжественном строю под своими знамёнами юные пионеры. Посланцы пионерии СССР. Они съехались со всех концов нашей Родины на первый всесоюзный слёт.

В этот день он закрывается. И десятки жителей столицы пришли проститься с маленькими красногалстучными гостями. Больше недели Москва радушно принимала их в своих домах как временных, но желанных постояльцев. Отгремели марши. Прозвучали приветствия. Ребячье «ура» уже не раз перекатилось из края в край стадиона.

И вдруг во весь огромный размах его, гремя в десятках рупоров, раздаётся могучий голос:

                За море синеволное,

                За сто земель и вод

                Разлейся, песня-молния,

                Про пионерский слёт.

Голос так силён, что, где бы ни сидели люди на трибунах, где бы ни стояли пионеры на поле, каждый слышит звучные, заполнившие, как будто, всё пространство мерные и зовущие строки:

                Идите, слов не тратя,

                На красный наш костёр!

                Сюда, мильоны братьев!

                Сюда, мильон сестёр!

А на трибунах многие из ребят, сидящих рядом со своими родителями или прямо на коленях у них, повторяют строки и водят пальцами по только что вышедшему номеру «Пионерской правды»: там на первой странице напечатаны слова, раскатывающиеся теперь по всему стадиону:

                Растём от года к году мы,

                смотри, земля-старик, -

                садами и заводами

                сменили пустыри.

Заплескали десятки тысяч ладоней. Рокот аплодисментов с зелёного поля кругами разбегается по склонам трибун.

И вот тогда из маленькой радиорубки выходит очень высокий, плечистый и сурово-красивый человек. Многие сразу узнают его.

Сейчас сам Маяковский, громадный, широкоплечий, показался на трибуне. Он оглядывает, как всегда, по-хозяйски, внимательно и радушно стадион и спускается вниз, без труда шагая через барьеры, переходя с трибуны на трибуну, из ряда в ряд, с весёлым и азартным любопытством осматривая переполненные ярусы.

- Что делается! – гудит он негромким басом. Что делается! Ведь это же социализм! Чтобы десятки тысяч человек приходили смотреть каких-то детей!

Иногда его останавливают милиционеры, следящие за порядком на трибунах. И тогда он вытаскивает из кармана все свои удостоверения и корреспондентский билет:

- Я писатель, газетчик… Я должен всё видеть…

И милиционеры пропускают этого широко шагающего, легко перемахивающего через барьеры доброго великана.

Потом он ещё раз оглядывает стадион, переполненный десятками тысяч москвичей, зелёное поле, на котором белеют рубашки и ярко горят красные галстуки. Вдохнув широко, во всю свою просторную грудь, августовский воздух, мечтает вслух:

- Написать замечательную поэму, прочесть её здесь – и потом можно умереть… 

Первые страницы книги о 1-ом Всесоюзном пионерском слёте. Вышла в 1930 году на 32 страницах, тираж 30000.

Памятная доска, установленная на стадионе «Динамо» в 1963 году.

Источник: Пресс-служба

  • ВТБ
  • Марафон
  • Chevrolet